Плато Эннеди - озёра Унианга.

Плато Эннеди — озёра Унианга.

Накануне вечером вручили Сабине две банки тушёнки, наказав на утро наварить макарон по-флотски.

Что-то пошло не так, и вместо вожделенных макарон по-флотски получили на завтрак подогретую тушёнку фри на дне кастрюли))). Чертыхаясь, сожрали с лепёшками. Сегодня предстоял длительный переезд в сторону следующей цели поездки — озёр Унианга. Доехать за день мы туда никак не успевали, поэтому каких-то значимых достопримечательностей сегодня не ожидалось. Первая половина дня ознаменовалась каким-то запредельным тупиловом и бесполезными остановками. Сначала проторчали в Фаде полчаса с неясной целью, потом, не успев отъехать даже на 20 км, кто-то запросился на писс-стоп, который тоже почему-то вылился в 20 минут стояния. Потом Хамид, заметив в стороне от дороги небольшой караван верблюдов, зачем-то ломанулся к нему — потеря ещё получаса (типа, в этом караване был его дядя, и надо было обязательно потрепаться, а заодно отжать воды) … Хорошо хоть, что водители заправили машины с вечера, избавив нас от участия в этой довольно длительной процедуре. Кто-то из наших местных запросил таблетки от гриппа, всех напрягши, позже выяснилось, что это был Мухаммед, наш переводчик.

Фада во всей утренней красе.

Дорога после Фады сильно изменилась — песок почти исчез, зато появились невысокие каменные гряды, да и на дороге камни торчали то и дело, что сильно снизило скорость передвижения. Забавным было то, что все подъёмы и спуски с этих гряд в самых крутых местах были заасфальтированы(!), но эти куски по 100-150 метров погоды, естественно, не делали. Видимо, на этих участках езда совсем уж напоминала триал, поэтому путём героического напряга бюджета и дорожников сделали хотя бы это.

Примерный путь на карте за этот день.

Примерно так выглядела округа.

А какие в Чаде монументальные знаки!!!

Переваливание по камням продолжалось километров 30, а потом на горизонте замаячил песок. Да какой! Первая дюна встретила нас крутым подъёмом метров на 30 и дальше шли по глубокому песку, дорогу можно было узнать по изредка попадающимся железным бочкам, заполненным песком же, с приделанными сверху металлическими стрелками. Около часа остановились на обед в узкой полосе кустов и деревьев, росших на месте показанной на карте речки, сейчас, разумеется, сухой, как горло проснувшегося утром алкоголика. Вокруг валялись в неимоверном количестве засохшие дикие арбузы, поэтому в ожидании обеда развлекались с их помощью — играли ими в футбол, подобие крикета и гольфа, просто кидались и давили — лопались они с довольно громким хлопком.

Такая местность наиболее сложна для проезда.

После обеда продолжили движение. На мапс.ми дорога в этом месте прерывалась километров на 15, вскоре стало понятно, почему. Перед нами открылось широкое пространство, заполненное не просто песком, а барханами — понятно, что любые следы тут просто заметало в течение суток, и ехать каждый раз приходится, заново прокладывая себе путь в движущихся песчаных холмах. Впрочем, Хамид, неизменно возглавляющий наш караван, прекрасно безо всякого навигатора продвигался вперед, выбирая с осторожностью по одному ему известным признакам траекторию, и иногда сдавая назад, заехав на край какого-то участка с особо рыхлым песком. Наш водитель, Муса, явно имел на этот счёт своё мнение и частенько фрондёрствовал, с шиком на скорости проносясь по участкам, которые Хамид обогнул, догоняя впереди идущую машину, мы наблюдали за этим с начала поездки. Влад в первый раз с начала поездки пробурчал: «Ну как дитё малое… Доиграется ведь!» Как в воду глядел — через пять минут, лихо несясь всего в паре-тройке метров от следов первых двух машин, мы как будто налетели на ватную стену. Джип резко погасил скорость, остановившись до нуля на отрезке буквально в пять метров, при этом колёса зарылись почти по самую ступицу. После пары попыток выехать стало ясно, что самостоятельно это сделать не удастся. Муса стравил воздух из баллонов ещё больше, сзади в джип упёрлась интернациональная орава из десяти человек, и машина неохотно выползла из песчаного плена.

Иногда на горизонте вставало марево миражей.

На некоторое время Муса присмирел, и мы двигались строго по следам. Вскоре участок с барханами кончился, и дорога продолжилась по более-менее ровному песку, временами, впрочем, становящемуся более рыхлым, требовавшим переключения на пониженную передачу. Сделали остановку около грузового Мерседеса, когда-то бороздившего здешние пески с грузом чего-то коричневого в мешках (гусары, молчать, это не оно!)), но, видимо, из-за поломки оставшегося здесь навечно. Солнце уже ощутимо клонилось к закату, и фотосессия показалась мне удачной. Наши местные набрали в пакеты коричневого содержимого из мешков в мерседесе, надо бы не забыть спросить, что это было.

Дальше довольно ходко поехали в сторону вершины с привычным русскому уху названием Морда, немного в стороне от подножия которой и остановились, поймав на последнем участке пути лучи заката на и без того красных песках, с тенями машин на стенках барханов. Ночью ветер усилился до вообще неприличного, палатки у тех, кто легкомысленно отнёсся к выбору места, подпрыгивали и норовили улететь, удерживаемые на месте только весом содержимого.

С утра вылезать не хотелось больше обычного — хотя температура была не ниже, чем в предыдущие дни, но ветер… Тронулись без двадцати восемь. Хамид повёл караван, отклоняясь вправо от основной дороги, ведущей к нашей сегодняшней цели — озёрам Унианга. Зигзаг в сторону был вызван желанием посетить вьюпойнт на высоком бархане, с которого открывался неплохой вид на пустыню, и на вершину Кодоко.

По-моему, Марс выглядит именно так, как на следующих 4 снимках.

Нафотографировавшись, сделали тактический крюк на север, и там вырулили на относительно ровную местность, по которой можно было двигаться к цели без бесконечных виляний по песчаным холмам. Ветер ещё усилился, по песку мела позёмка, скрадывая рельеф, горизонт заволокло серо-жёлтой хмарью. В наветренный борт машины громко стучал гонимый ветром песок. Минут через 30 я вдруг увидел, как машина Хамида, а за ней и вторая стали буксовать, зарываясь в песок, желая предупредить Мусу, заорал «Эй-эй-эй!», Муса встрепенулся, молниеносно оценил обстановку, и… конечно же, притопил на газ. Ну чё, проехали на три метра дальше Хамида, только он смог сдать назад самостоятельно, а нам пришлось опять спускать шины (которые накануне вечером подкачали), и выталкивать джип с помощью рук и такой-то матери. На улице ветер, несущий песок с изрядной скоростью, вызывал ощущение, что через 30-40 минут тебе отпескоструит ноги по самые ляжки (закрытые шортами) до полной эпиляции.

Как, видно песчаную позёмку?

Преодолев коварные барханы, дальнейший путь до Ounianga serir проделали без приключений. Озёра Унианга — это два оазиса посреди пустыни, мы сейчас добрались до восточного, представляющего собой цепочку параллельных, вытянутых с севера на юг озёр. Притормозили на холме, с которого открывается вид на несколько, потом спустились на берег, остановившись по дороге для фотосессии с прикольными каменными грибками (соскучились уже;)).

На берегу озера, несмотря на то что оно, казалось бы, в котловине, традиционно дул нефиговый такой ветер, Хамид куда-то сдёрнул на машине, все разбрелись по берегу фотать. Народ засобирался купаться, однако вода в озере оказалась не по-африкански прохладной, да и на улице тоже была не жара, поэтому на ритуальное макание отважились только трое. Далее тупили с полчаса, потом вернулся Хамид и объявил, что обедать будем здесь. Складывалось впечатление, что в начале поездки мы постоянно гнали и разрывали жопу в британский флаг из опасения, что что-то пойдёт не так, теперь же Хамид решил, что основные трудности позади, и надо тянуть резину, чтобы не вернуться в Н’Джамену раньше назначенного/оплаченного срока.

Вскоре материализовались местные, разложив всякое для продажи, от тазика с финиками до штык-ножа.

Неспешно пообедали, выехали от озера (с застреванием, ладно хоть на этот раз не мы). Заехали ещё на один вьюпойнт прямо в посёлке, я в очередной раз охренел, как тут живут люди — картинки прилагаются.

Это деревня, если что.

Ещё один вьюпойнт — с неразорвавшейся авиабомбой со времён войны с Ливией.

И относительно короткий и беспроблемный марш-бросок до следующего из озёр Унианга — lac Yoa, уже с довольно большим (относительно, конечно) посёлком Ounianga Kebrir на берегу. Заехали ещё на одну точку для фото, а потом переместились чуть за окраину посёлка, расположившись лагерем почти на берегу озера. Пользуясь тем, что последние лучи заката ещё давали приличный свет, сбегали на берег, поснимали соляные отложения (похоже, что озеро солёное), к тому же поблизости тусило аж пять фламинго, правда, не розовые, а банально серые.

Соль на травке возле озера.

Фламинго.

Далее последовала стандартная вечерняя программа, в которую внёс разнообразие день рождения Александра, и выставленная Сергеем по этому случаю бутылка Метаксы, вызвавшая небывалый ажиотаж — бухло у всех уже подходило к концу…

А это фоточка — для наглядности насчёт постоянного ветра, посмотрите, какую канаву вокруг куста вырыл всего лишь листик пальмы из-за постоянного ветродуя.