Котлас - Сольвычегодск - снова немного Великого Устюга - Шарья - НН.

День 3: Котлас — Сольвычегодск — снова немного Великого Устюга — Шарья — НН.

28 июля. Сегодня предстоит немножко посмотреть Котлас (немножко – потому что там и интересного ровно столько же), добраться до крайней точки нашего путешествия – небольшого городка Сольвычегодск, и затем вальнуть 730 км домой в Н.Новгород, заехав ненадолго в Великий Устюг, чтобы досмотреть недосмотреннное накануне. Вчера вечером во время обсуждения тайминга на следующее утро всплыл любопытный факт. Попасть в Сольвычегодск можно либо воспользовавшись паромом из Котласа, либо сделав крюк через Коряжму. Второй вариант был лучше тем, что можно было не привязываться к расписанию паромов, но хуже тем, что качество дороги, по отзывам, оставляло желать лучшего (грейдер), и большей длиной – на 17 км в каждую сторону. Нашли в сети расписание парома, повтыкали на фото: маленький, в случае большого количества желающих был шанс не влезть. При этом органик.мапс, которым пользуюсь я, показывал аж три варианта паромной пристани, а яндекс Ромы – всего один, но за городом, аккурат напротив Сольвычегодска. Это напрягало – а ну как промахнёшься с выбором, поэтому полопатили интернет углублённо, и выяснили, что актуален тот, что стартует рядом с деревней Козьмино. В общем, после бурной дискуссии паром победил.
Рома запросил дополнительные 10 минут с утра, чтобы пересечься с однокашником, который проживал в Котласе, и консультировал нас по некоторым местным нюансам, с учётом этого встали на завтрак около 8, и в 8:45 вышли из дома. Чуть ли не единственная фишка Котласа – разбросанные по городу коты, сделанные из какого-то сплава, и я решил заехать по дороге к парочке, пока Роман общается с другом молодости. Реализована задумка с художественной точки зрения грубовато, и в целом напомнила мне некий гибрид между калининградскими хомлинами и зеленоградскими котиками (впрочем, и те, и другие на Балтике заметно изящнее): котики разбросаны по Котласу, и типа их надо все найти. И да, именно коты – неспроста, оказывается многие видят в выборе кошака непосредственную связь с названием города – типа, Кот Лас(ковый). Ну не знаю, лично у меня Котлас всегда ассоциировался с котлами. А, вот ещё от чего офигел – был уверен, что жители Котласа зовутся котласцы, ан фиг – они, оказывается, котлашане. По мне, так мой вариант намного благозвучнее. А во втором явно какие-то лошары слышатся.

Кот-музыкант.

Кот-эскулап.

Конечно же, мы перезаложились на дорогу до парома, и приехали за 20 минут до отправления. Паром ходит каждый час – с котласской стороны в 9:10, 10:10 и т.д., со стороны Сольвычегодска на 5 минут позже. Т.е. 5 минут вполне хватает, чтобы пересечь реку, разгрузить и загрузить паром машинами и людьми, и снова пересечь Вычегду. Дружно решили попытаться уложиться с осмотром до следующего парома, кроме того, с целью небольшого кроежопства одну машину оставили на берегу – 500 рублей экономии на пароме туда и обратно. Если машинки будут небольшие, то влезет штук 8, побольше – максимум 6, всё отработано до автоматизма – пара-тройка минут, лихой разворот у берега, и мы уже съезжаем на правый берег Вычегды.
Ещё с того берега хорошо был виден Благовещенский собор, расположенный буквально в 100 метрах от пристани; мы, естественно, первым делом направляемся к нему.

Сначала немного истории. Не настолько древний, как В.Устюг, Москва или Вологда, Сольвычегодск вместе с тем может похвастаться достаточно давней родословной – первое упоминание в летописи относится к 1492 году. И основание, и расцвет города тесно связаны с солью, как нетрудно догадаться по названию. До сих пор в центре городка, не особо изменившись за прошедшие столетия, располагается солёное озеро, пополняющееся из бьющих с глубин от 150 до 280 метров сильно минерализованных источников, один из них мы увидим чуть позже. Развитием солеварного промысла город обязан династии промышленников Строгановых, которые наладили промышленную добычу и торговлю солью, через это Сольвычегодск некоторое время был весьма богатым и процветающим местом. В XVII веке суточная добыча составляла около 3 тонн соли, которая реализовывалась по всей России. Позже нашлись места, богатые солью, и побогаче, и с более простой логистикой, поэтому постепенно городок пришёл в упадок, вот с остатками былой роскоши мы сейчас и познакомимся. Кстати, Сольвычегодск – один из самых маленьких городов России, на седьмом месте с конца с населением менее 2000 человек.

Вернёмся к собору – большой, красивый, во дворе – бюст графа Строганова (нормально, карьера удалась!), по углам в периметре ограды – две часовни. Довольно редкая опция – фресками на библейские темы украшены наружные стены собора. Собор не действующий, отдан полностью музею, причём произошло это в 1919 году, что в значительной степени способствовало сохранности как здания, так и интерьеров, и убранства. Наш ускоренный формат, к сожалению, не позволял устроить себе экскурсию, поэтому ограничились обходом храма по периметру. Хотя вот сейчас, готовя отчёт, смотрю фото экспонатов и думаю, что, наверное, зря – интересно там и богато.

Ограда у собора совсем устала…

Попрыгали в машину и поехали дальше – до церкви Спаса Нерукотворного Образа. Хоть и памятник федерального значения, но не используется, и не реставрируется, просто стоит, потихоньку ветшая.

Пора немного сменить тематику – на контрасте с церковью перейдём к коммунистам! В Сольвычегодске, оказывается, несколько лет проживал в ссылке И.В. Сталин. Вообще в качестве глухой дыры в XVIII — начале XX вв Сольвычегодск был весьма популярен, в максимуме число ссыльных достигало 400 человек при всём прочем населении не более 3000. Почему-то таблички с утверждением, что именно тут отбывал ссылку Джугашвили, находятся на 2 домах, расположенных напротив друг друга; оказывается, по неясным причинам вождь в процессе сменил хату. Любопытный факт – один из домиков до сих пор в частных руках, и там миниотель (дом Григорова), а вот другой, дом Кузаковой, в котором сейчас музей, перед войной у владелицы выкупило государство, предоставив взамен квартиру в Ленинграде, и отсыпав денег. Любопытно, не жалела ли хозяйка о сделке, оказавшись вскоре в блокадном Ленинграде?

Музей (дом Кузаковой).

Дом Григорова.

Следующий по дороге – роскошнейший особняк купцов Пьянковых. Серьёзно, увидеть такой размах в этом захолустье было неожиданно, причём особенно то, что не Строгановым это принадлежало, а каким-то Пьянковым, не оставившим других значимых следов в истории. Как водится, дворец в стиле классицизма сейчас — памятник федерального значения, но не используется.

От следующего храма я восторженно засучил ручками и ножками – ну очень красивый! Неудивительно, что при взгляде на Введенский собор почудилось что-то знакомое в очертаниях – позже, в процессе написания отчёта, вычитал, что храм относится к редкому специфичному стилю московское (строгановское) барокко, таких церквей в России – всего несколько штук, и одна из них – в родном Нижнем, на Рождественской! По мне – самая красивая церковь города. Рядом – деревянная башенка, в которой бьёт соляной источник. Попробовали водичку – действительно, сильно солёная, в рот не вломишь!

Всё вокруг церкви перекопано, тут же – паллеты с брусчаткой, по всему выходит, что затеяна масштабная реконструкция. Ну, надеюсь, что в процессе сама церковь не пострадает.

Прямо напротив храма – то самое солёное озеро, впрочем, сильно живописным его не назовёшь.

До парома остаётся каких-то 15 минут, поэтому мы быстренько делаем ещё пару остановок, прежде чем вернуться на пристань. Первая – около усадьбы Козьмы Пруткова на ул.Ленина. Разумеется, этот придуманный персонаж физически не мог нигде проживать, но, поскольку, согласно созданной для него легенде, родом он был как раз откуда-то из-под Сольвычегодска, то местные энтузиасты сочли возможным в 2004 году создать на базе городской библиотеки музей, и теперь по мере возможности наполняют его всяким разным. 30 секунд.

Вторая остановка – возле здания музыкальной школы, расположенной в приметном особняке с башенкой. Ещё 30 секунд.

Ну и вернулись к парому, имея в запасе 5 минут. Далее всё повторилось в обратном порядке до самого въезда в Котлас, где по настойчивым пожеланиям Романа решили съездить на стрелку Вычегды и Северной Двины. Котлас в этой части весь опутан железнодорожными ветками, во всяком случае, переездов на пути нам попалось немало.

Выехали на пляж, отмеченный на карте, точнее, доехали до конца дороги над ним. Вокруг – лодочные станции, сам «пляж» (огромную песчаную отмель) вяло ковыряет экскаватор с неясными целями. Слияние видно, хотя и не полностью – в этом месте русло дробится на несколько проток и островов между ними. Ну и пофиг – главное ж не это, а ритуал! Пока Роман мочит ноги в воде сразу двух рек, мы обсуждаем обратную дорогу. Пока всё примерно по графику, надо сделать ещё пару остановок в В.Устюге, и по нашим прикидкам, в районе 15 часов уже окончательно стартовать в сторону Нижнего.

Пока выезжали из Котласа, успели зацепить ещё одного фактурного кота и пребывающее в плачевном состоянии здание драмтеатра рядом с ним, а также домохозяйку возле газовой плиты (угадали сразу, где стоит эта дама?). Как бы подчёркивая то, что театр – Драмы, на нём накарябаны разные короткие драматические истории, например, об абьюзивных сексуальных взаимоотношениях группы афрокотлашан(?) с неким Богданом… Хотя, возможно, насчёт их драматичности я неправ, и Богдана всё устраивает?

В Великом Устюге сначала заглянули на народные гулянья в парк Булдакова (известный великоустюжец, который этот парк городу и подарил в своё время), не впечатлились, и проехали чуть дальше, до пересечения Красной улицы с Красным же переулком. Я быстренько перебежал дорогу, и сфотал в Комсомольском сквере Сретенскую и Преображенскую церкви (о как!), а также стандартную надпись «Я люблю Великий Устюг», и ростовую статую Е.П.Хабарова, который родом, оказывается, тоже из этих земель.

Пока я скакал с камерой, коллектив успел зайти в гостиницу Сухона на предмет подкрепиться в тамошнем кафе, и теперь с разочарованным видом выходил обратно – местный шеф зарядил нам целый час на приготовление обеда. Столько времени у нас не было, поэтому, посчитав свой долг перед гостишкой выполненным (просто запарковались на местах «для гостей отеля»), мы с чистой совестью перешли улицу, оказавшись в чрезвычайно бойкой столовой самообслуживания с несколько, на мой взгляд, пафосным для подобного формата названием Романовъ. Зато быстро, дёшево, и вкусно! На выезде из города наткнулись ещё на памятник ещё одной исторической личности, родом также из Великого Устюга – возле мини-пивной с «первопроходческим» названием Семён Дежнёв стоит почему-то не бородатый дядька, а…Мурка, она же Маруся Никифоровна Климова, родом из Великого Устюга. Впрочем, если копнуть тему, то выяснится, что никаких конкретных подтверждений того, что это именно жительница В.Устюга была той знаменитой налётчицей/агентом ЧК, которой посвящена популярнейшая блатная песня, нет. Хотя кого и когда это останавливало, если можно на ровном месте чуть приукрасить действительность для привлечения интереса.

Теперь можно было и выдвигаться в сторону дома, если бы не один незакрытый гештальт, правда, не в самом Устюге, а в ближайших окрестностях – Троице-Гледенский монастырь в деревне Морозовица на другом берегу реки, как раз недалеко от слияния Сухоны и Юга. Тут будет уместен ещё один небольшой исторический экскурс. Гледенский монастырь – это что такое? Слово какое-то странное – «интервью» «Гледен»… Оказывается, до Великого Устюга в этих краях в 1178 году был основан город Гледен (вроде как с названием от слова «глядеть»), располагался он как раз тут, монастырь, вероятно, некоторое время был его частью. Но место оказалось неудачным, берег сильно подмывала Сухона, а в XV веке город и вовсе сожгли вятичи в ходе междусобных войн. К тому времени часть народа уже перебралась на другой берег в Чёрный Прилук, уцелевшие при захвате жители отстраивать заново Гледен не стали, а частично присоединились к тем, кто жил на другом берегу – так окреп и вырос Великий Устюг, частично же – расселились в ближайшей деревне – уже упоминавшейся Морозовице.

У монастыря довольно пустынно, заходим в калиточку возле древних ворот, и проходим к храму. Тот закрыт, но на двери объявление – лист бумаги с телефоном, по которому надо звонить, чтобы подошёл охранник, продал билеты и пустил внутрь. К нам присоединяются две местные дамы, вместе с ними мы составляем вполне приличную группу из 6 человек, и без тени сомнения звоним по телефону с двери. Через пару минут приходит охранник, собирает с нас по 200 (вроде) рублей за билеты и запускает внутрь. Мы много слышали про здешний иконостас – и когда я готовился к поездке, и во время экскурсии в Великом Устюге – должен отметить, что источники не врали. Для России это действительно уникальное произведение – пятиярусный иконостас уходит ввысь под самый потолок церкви. Создавали его в XVIII веке несколько бригад мастеров, каждая из которых специализировалась на чём-то одном, затратив на работу больше 10 лет, финансировали же мероприятие богатые великоустюжские купцы. В отличие от канонических иконостасов подавляющего большинства русских церквей на этом множество объёмных фигур (ну-ка, вспомните, когда в русском храме, а не в Европе вы видели статуи евангелистов, ангелов, Христа, наконец?), а иконы выписаны не по устоявшемуся канону, а скорее напоминают картины, иллюстрируя некоторые сюжеты из Священного Писания. Очень нам повезло и со случайными попутчицами – дамы рассказали много интересного и об устройстве иконостаса, и о конкретных скульптурах и изображениях.

Минут через 15 в церковь ввалилась большая организованная экскурсия, включавшая в себя и некоторое количество детей, стало шумно, и очарование места как-то незаметно исчезло. Выйдя наружу, прогулялись до угловой башенки недостроенной монастырской ограды, откуда открывался вид на слияние рек, и вдалеке — на В.Устюг. Впрочем, расстояние слишком велико, и видно плохо. Всё те же дамы рассказали об имеющемся неподалёку источнике с купальней, наши загорелись и пошли его искать, я же обленился и остался в машине. Вернулись подозрительно быстро, ничего не найдя – видимо, ориентиры оказались не очень. В итоге, как и рассчитывали, ровно в 15 мы отъехали от монастыря, Рома с Наташей – минут на 15 позже.

Первые километров 30-40 асфальт радовал просто идеальным качеством. Время от времени начинал идти дождь, я надеялся убежать от него, и это удалось, только заняло немного больше времени, чем я рассчитывал. Свежий асфальт с первыми каплями дождя таит в себе немалую опасность – на одном из плавных поворотов видим в кювете перевертыш, улетевший туда совсем недавно. А потом дорога постепенно начала портиться. Сначала это было чередование приличного асфальта со старыми, давно не ремонтированными участками, которые со временем превратились в адский набор рытвин и колдобин, местами не позволяющий ехать быстрее 30 км/час. Я б с удовольствием ехал по обочине – ей-богу, это приятнее, но её тут практически нет – на не ремонтированных участках кюветы тоже никто давным давно не чистил, и всё, что можно – местами ехать по обочине правыми колёсами.

Места пошли совсем безлюдные, за последние километров 50 до Кичменгского Городка видел буквально пару невнятных примыканий. Участок от Кичменгского Городка до Никольска поживее, что, впрочем, мало сказывается на качестве асфальта. От Никольска до Пыщуга – места ещё более глухие, нет ни населёнки, ни трафика, редко-редко встречаются встречные машины. В общей сложности от начала участка с плохим покрытием до Пыщуга (примерно 200 км) примерно половина – ужас ужасный на твёрдую «2», вторая же на три с минусом, временами меняясь на просто тройку. За несколько километров до Пыщуга начинается абсолютно новый, ещё без разметки, асфальт, выехав на который, я испытываю почти оргазм. Эйфория не отпускает – та же ситуация продолжается до Шарьи, дорожные работы ещё продолжаются, но в целом возможность втопить до 130-150, не уродуя машину, прям приводит в хорошее настроение.

В Шарье решаем притормозить – зайти в городской парк, посмотреть выставку всякой лесозаготовительной техники, она тут на постоянной основе, ну и размяться заодно. Рома с Наташей нас не поддерживают – они и так немного отставали, плюс им ещё надо заправиться. У меня таких проблем нет – залитого вчера вечером в В.Устюге с лихвою хватит, чтобы доехать до дома. Да, и в Шарье на Лукойле Роман заправиться не смог — не оказалось 95-го бензина, это как вообще???

Выбрал в навигаторе максимально близкую к лесотехнике точку, проехали туда, и…оказались на задворках городского парка. Пришлось немного вернуться, припарковаться на обочине проулка без асфальта и остаток пути проделать пешком. Встречают интересующихся три лесника-терминатора, с бензопилами и прочим профильным снаряжением, стоящие на фоне надписи «Музей леса». А техника-то вполне ничего, интересно посмотреть, многие машины живьём раньше видеть не доводилось. Вот только состояние у некоторых грустненькое, лёгкая реставрация точно не помешала бы.

Но всё равно – огромные захваты, в которых поместились бы даже те спиленные гиганты, которые я видел в Камеруне, машина для обдирания сучьев, и прочая машинерия были осмотрены с интересом. Можно было бы и по парку немного прогуляться, но до дома ещё 320 км пилить, поэтому задерживаться не стали.

После Шарьи хороший асфальт радовал ещё километров 10, потом пошло на 3+  — не такой ужас, как в Вологодской и отчасти Костромской областях, но на скорости трясло изрядно. А потом въехали в родную Нижегородскую область, покрытие моментально стало почти идеальным, и дальше уже не менялось. По мере продвижения к городу плотность потока увеличивалась и увеличивалась – воскресенье же, все садисты возвращаются по домам, пошёл дождь… В кировском направлении я не ездил давным-давно, поэтому уже подзабыл расположение камер, за что и поплатился, слегка увеличив бюджет поездки за счёт взноса в пользу государства спустя три недели. Дома оказались в начале одиннадцатого, закончив эту весьма интересную поездку без приключений.